Игорь ответил не сразу, похоже было, что он собирается с мыслями, хотя заданный вопрос требовал чисто формального ответа.

– Прежде всего, – оказал он наконец, – мне ясно вот что: у каждого из нас – свои интересы, и совместить их невозможно.

Вряд ли Старик ожидал, что разговор повернется таким образом. Однако он не выказал ни удивления, ни осуждения. Он лишь выжидательно взглянул на Игоря.

– То, что вы рассказали, очень интересно, и я не могу не уважать… ваши чувства. Но сама по себе проблема Журавлей кажется мне исчерпанной. Она бесперспективна. По сути дела, их осталось только поймать и определить. Если говорить откровенно, меня несколько удивляет, что вы не сделали этого до сих пор.

– До сих пор, – сухо ответил Старик, – кроме всего прочего, надо было испытывать корабли и заниматься более актуальными исследованиями. И затем – вы ошибаетесь, полагая, что это так просто. Попробуйте-ка разыскать их в пространстве! Это было и по сей день остается делом везения. Орбиты их не вычислены, неизвестно даже, обращаются ли они по орбитам, поскольку никто не знает, тела ли это или нет: если нет, они могут и не иметь орбит, а двигаться по прямой, как излучение. Но если даже орбиты имеются, их пока еще нельзя вычислить: не хватает данных. Взаимодействуя с другими полями или телами – а это представляется неизбежным, – Журавли наверняка подвергаются стольким влияниям, что вряд ли можно вообще говорить об орбитах в обычном понимании этого слова. И если на Земле исследователь заранее знает, где он сможет наблюдать, допустим, тех же журавлей, а где надежды на это будут равны нулю, то мне все время приходилось бродить наугад.