Жизнь бессмысленна, вот что осознал он в те минуты. Единственное, чем человечество занимается на планете Эрна, – это борьба за выживание в условиях изо дня в день нарастающих могущества и свирепости самой планеты. Человечество здесь обречено – и под знаком этой обреченности его собственная жизнь, его мечты, даже его немногочисленные достижения становились лишенными всякого смысла. Так чего ради продолжать? За что бороться?

Это было ужасающее откровение, оно едва ли не превысило возможности его неокрепшего разума. На протяжении нескольких месяцев он боролся со всеобъемлющей депрессией, да и многих его ровесников ожидала сходная участь. В результате четверо его одноклассников были вынуждены обратиться к психиатру, тогда как пятый – он сам узнал об этом лишь много лет спустя – предпринял попытку самоубийства. Остальные постарались заблокировать соответствующие участки собственного сознания, или же просто отказались понимать, в чем тут вообще заключается проблема, или нашли какие-нибудь другие способы спрятать голову в песок. Со временем большинству из них предстояло адаптироваться к происходящему, нарожать собственных детей на этой проклятой – и отвечающей проклятиями на проклятия – планете. Возможно, со временем кто-нибудь из их детей даже захочет стать колдуном.

Так почему же он стал священником? Потому что Единый Бог является живым выражением человеческого оптимизма. Потому что Святая Церковь представляет собой величайшую надежду человечества, а может быть, и единственную его надежду на этой дикой и враждебной планете. Потому что, лишь обратившись всей силой и страстью к Господу, Дэмьен смог оправдать свое собственное существование. Любая другая профессия лишь подчеркивала бы утилитарность и вместе с тем бренность всего сущего.

Он не рассказал Йенсени всего этого прямыми словами. Ему не хотелось нагонять на нее такое отчаяние, в какое ему самому довелось погрузиться в юности.