— Негуса Нагаст! — крик монастырского лекаря разорвал тишину размышлений. — Твой сын очнулся!

Монашек обернулся быстро. Видно моя комната (келья?) находилась рядом с кухней. Яблоки в Эфиопии оказывается тоже растут. Вдобавок мне повезло: монашек оказался догадливым. На подносе кроме пары кувшинов и яблок был глиняный стакан с какой-то пахучей жидкостью и деревянной кисточкой, здорово напоминающей зубную щётку (примечание автора: исламская зубная щётка, известная со времён пророка Мухаммеда, весьма эффективна). Моя тушка похоже прекрасно знала как ей пользоваться, поскольку чистила зубы без моего сознательного вмешательства. Прополоскав вином рот, я сплюнул в окно. Кстати с гигиеной надо что-то делать — мокрый пол после «омовения» здесь похоже никого не волнует. Во рту заметно посвежело. Я вгрызся в яблоко и кинул второе монашку.

— Как тебя зовут, мелкий?

— Жен, мой принц.

— Как лекаря, что ли?

— Да. — Нервозности в монашке поубавилось. Видно после того как принц, то бишь я, поделился с ним яблоком, он понял что бить (и не только) его не будут. Около минуты мы похрустели яблоками в тишине и мне в голову пришла мысль. Амбалы амбалами, но источники информации мне не помешают. Тем более что послать мелкого подальше никогда не поздно… главное лишнего не наболтать.

— Жен, ты уже принял обеты монашества?

— Нет, что ты мой принц, я ещё слишком молод. В монахи постригают намного старше. — Блин, прокол на проколе, проколом погоняет.

— Что-то у меня в голове после удара всё перемешалось. Жэн, а какой вообще сейчас год от рождества Христова? — Монашек посмотрел на меня с изумлением и проговорил: