VI
"Вот приключение! - думал Росников, смеясь исподтишка в бороду своей маски и боязливо поглядывая на незнакомку, которая, не обращая на него никакого внимания, смотрела в противоположное стекло кареты. Со мною происходит теперь самая маскарадная, самая романическая авантюра! Я не только очутился в чужой шляпе я шубе, по еще в чужой карете! А хороша должна быть эта Долевская! И к тому же, надобно полагать, страшная чудиха, затейница и озорница! Я ведь не так прост, чтоб все это приписывать одному случаю; случай-то всегда был против меня; разве только теперь... Нет, нет! Тут есть своего рода расчетец, намеренье какоенибудь, какая-нибудь светская проделка, женская уловка, дамская хитрость..." - Как мне жарко! - произнесла чуть слышно незнакомка и, откинув шаль, начала развязывать ленточки своей маски,
"Интересно, интересно, дьявольски интересно!" бормотал про себя Иван Иванович, между тем как его сердце прыгало, словно заяц, от безмерного любопытства и нетерпения увидеть скорее лицо Долевской... Маска свалилась - у Росникова потемнело в главах, кровь замерла в жилах; он почти лишился чувств... Между тем экипаж остановился у подъезда; лакей отворил дверцы и откинул подножку. - Выходите же! - раздался опять недовольный голосок, вы сегодня просто ни на что не похожи! Уничтоженный Иван Иванович беспрекословно позволил лакею вытащить себя из кареты, машинально подал руку даме и побрел с нею по широким ступеням лестницы. Удар в колокольчик вызвал всех служителей со свечами и без свечей; окруженные ими, Долевская и Росников вступили в переднюю; там первая оставила на руках лакея свой плащ, а Иван Иванович чужую шляпу и шубу. Затем Долевская вошла в огромную залу; Иван Иванович бессознательно последовал за нею.