Но эта страна была крепким орешком, и именно поэтому с ней нельзя было тянуть. Нет, она не набиралась сил, просто сам дезинсектор слабел с каждым годом. Вопрос стоял так: сейчас или никогда.

Тянуть было нельзя. Последние десять лет экономика планеты практически не выходила из штопора. Лишь изредка обвал сменялся плавным скольжением вниз. В такой ситуации особенно уязвимо себя чувствовал мировой гегемон.

Капитализм знал всего один выход из глобального кризиса. Войну. И чем глубже кризис, тем сильнее нужна встряска. Все знают, что почти сто лет назад не 'новый курс' Рузвельта вывел США из Великой Депрессии. Ее спасли военные заказы, которые посыпались из объятой огнем Европы.

История повторялась на новом витке. Исцелить экономику Соединенных Штатов от Величайшей Депрессии, сбросить с них триллионные долги и сделать весь мир их должниками могла только бойня масштаба Второй Мировой.

Так они думали.

Огромный - больше почившей МКС почти в два раза - спутник напоминал по форме восьмерку. Превосходил он международную станцию и по стоимости своей электронной начинки, следящей аппаратуры и вычислительных машин. Но объект, неподвижно висевший над заданной точкой земной поверхности уже второй год, не был научно-исследовательской станцией. Хотя то, что он собирался совершить, с некоторой натяжкой можно было назвать экспериментом. Не был он и метеоспутником, пусть при определенных обстоятельствах мог влиять и на погоду.

Многоцелевая боевая платформа 'Дамокл-4' существовала в единственном числе. Что и немудрено. Ведь даже ресурсов всего 'свободного мира' не хватило бы на строительство и эксплуатацию, скажем, десяти подобных монстров. Да в этом и не было нужды. Спутник предназначался для особых задач. Тех, которые не могли выполнить даже ракеты с тактическими ядерными зарядами.

До этого он тихо висел в безвоздушном пространстве вдалеке от бурь, сотрясавших земной шар. Висел, ожидая сигнал - неповторимую комбинацию цифр, которая вовлечет его в процесс всепланетной трансформации материи, называемый войной.