
Он оказался высоким худощавым человеком, чуть старше сорока, загорелым, в отлично подогнанном мундире американских военно-воздушных сил, со спокойными серыми глазами, крепким рукопожатием и манерой выражаться очень точно и аккуратно. Он извинился перед моей женой за те неудобства, которые может причинить его посещение, принял возбужденные приветствия наших пяти собак, серьезно пожал лапу, которую протянул ему наш сенбернар сэр Деннис, и отлично справился с превосходным бифштексом, приготовленным Ноэль. Извиняясь за свой аппетит – он съел две порции, – он сказал, что уже давно не наслаждался домашней пищей.
За кофе и ликерами мы с майором разговорились. Его служба во Вьетнаме закончилась, и теперь он направлялся к себе домой, в Сент-Пол, в Миннесоте. Моя жена заканчивала университет штата Миннесота, так что у них нашлось, о чем поговорить. Пока он разговаривал с моей женой, я внимательно наблюдал за ним. Как почти все, я горжусь своей способностью при первой же встрече правильно оценить человека, и все в майоре Хойте: его спокойный глубокий голос, ясный устойчивый взгляд, манеры джентльмена – говорило, что этому человеку я могу доверять.
Больше того, ему понравились мои собаки, а он понравился им. Для меня этого достаточно!
Постепенно, конечно, мы заговорили о Джоне Дарке. И тут Гэри Хойт сообщил мне поразительную новость.
