- Создатель, что ли? - спрашиваю первое, что приходит на ум. Не потому, что это меня и впрямь интересует, а просто чтобы сидеть и молчать сейчас еще хуже, чем задавать идиотские вопросы.
- Нет, не тот у меня ранг. Я просто бог, у меня, в отличие от создателя, возможности огромны, честно скажу, но не бесконечны.
- Заливаешь.
Тут он рассмеялся, искренне, задорно, а потом, резко оборвав смех, ответил:
- Я бог. Артас Питерский. Так что ты мне не тыкай, молокосос, а обращайся соответственно.
Насчет богов - так я твердый в своих убеждениях атеист, поэтому усмехнулся только.
- Питерский?
- Ну да. А что тут такого? Есть же всякие московские проходимцы, так чем Питерский тебя не устраивает?
Ну, чем питерский проходимец отличается от московского, я уточнять не стал. Вместо этого спросил:
- Ну и что, спрашивается, богу от меня понадобилось?
- А если скажу, что жалко стало - не поверишь?
- Прости, нет. Если ты и впрямь бог, мы с тобой существа настолько разного уровня, что жалеть меня смешно. Я вон тоже комаров не жалею.
- Логично мыслишь, смертный, - и опять смеется, зараза. - Смотри сюда.
Смотрю - а обстановка-то изменилась. Сижу я на полу в комнате, большой, шикарно обставленной, с камином, в котором дрова горят, а прямо передо мной сидит на старинном, с гнутыми ножками стуле этот самый мужик. И тут до меня дошло, что же мне с самого начала не нравилось, вот только понять не мог, что. Не то, что он сквозь дверь вошел, а во внешности его дело. Нормальная такая внешность у человека, обычная, и в то же время - необычная. Почему необычная? Да потому что он средний кругом. Средний рост, среднее сложение, лицо абсолютно не запоминающееся, даже волосы - и те неопределенного цвета. Сидит верхом на стуле, подбородок на руки уложил, руки на спинке стула, и с интересом на меня смотрит. Ну, я тоже на него посмотрел.