– Ты будешь, Майки?

Я отрицательно покачал головой.

– Ну как хочешь. А мне сейчас необходим стаканчик-другой пропустить. Ну надо же! Я ведь до конца не верил.

Я по-прежнему сохранял молчание. Ничего нового для себя я не увидел. День как день. Лучше пойти домой, как предлагал Барни. Тем более дождь уже закончился.

Я уже было стал натягивать калоши, как вдруг ко мне подошел Барни и уже не совсем твердым языком сказал:

– Слушай, сынок. Ты знаешь какие мы были с твоим отцом друзьями. Мы с ним дружили всю жизнь и я никогда не брошу тебя. А скоро я вообще подарю тебе этот магазинчик. Пропади он пропадом. Хоть на старости лет судьба улыбнулась старине Барни.

Барни плюнул себе под ноги, сделал еще один глоток виски и уже совсем нетрезвым голосом продолжил:

– Ты знаешь, Майки?! Знаешь что это такое? – Он достал из кармана монету и торжественно протянул ее мне.

– Это, брат, монета! Монета! А ты знаешь что это за монета? Э, брат, пока я этого тебе не скажу. Потому, что я сам, сам ее нашел. И у меня будет еще много таких монет, и не только монет. Я смогу купить весь этот город. Я куплю все, что захочу. И уеду отсюда, уеду. А ты будешь тут хозяином. Это все будет твоим.

После этих слов Барни хлебнул виски прямо из бутылки, встал и ушел в подсобное помещение, а я поднялся и вышел на улицу. Было холодно и я быстрым шагом направился к себе домой. До моей квартиры было минут пятнадцать пути и я шел, раздумывая над словами Барни. Он или изрядно напился и несет какую-то чепуху, или я чего-то не понял. Ну подумаешь, монета. Нам довольно часто приносят разные монеты. Эту монету я особо не рассматривал, но, по-моему, на ней был изображен какой-то диковинный зверь, толи олень, толи лось. Монета, вроде как, не золотая и даже не серебренная, а из какого-то другого металла. Во всяком случае, продать ее дорого вряд ли удастся. Возможно, она представляет собой интерес для коллекционеров, но и в этом случае продать ее за большие деньги не удастся. А Барни собрался покупать весь город. Вот чудак. Но, впрочем, это его дело.