Я покачала головой, удивляясь неуклюжести мужчин.

— С тобой все нормально? — крикнул Ромка и шепотом добавил:

— Это он, наверное, носки уронил.

— Фи, юноша, — поморщилась я, — не пытайтесь шутить, а то пошлость получается.

Я снова повернулась к выходу, но тут же взглянула на Ромку.

— Он тебе ответил? — спросила я, кивая на дверь.

— Не-а, — Ромка удивленно взглянул на меня и подошел к двери, за которой скрылся Константин.

— Костя? Что у тебя там? — крикнул Ромка. — Челюсть, что ли, уронил? — не выдержал он и снова попробовал пошутить.

Константин и на этот раз не ответил.

Тогда Виктор, быстро подойдя к Ромке, рукой отодвинул его и, стукнув в дверь один раз, сразу же отворил ее.

— Что там? — спросила я, стараясь заглянуть в комнату, но не подходя ближе. Пока мне еще не было все это остро любопытно.

Виктор молча заскочил в комнату. По его резким движениям я поняла: что что-то произошло.

Заглянувший в комнату Ромка бросил на меня испуганный взгляд. Я быстро подошла.

Константин лежал на полу. На боку. Неестественно прямо вытянув вперед правую руку, его левая сжимала захваченный угол простыни, сдернутый с узкой кровати при падении — Ox! — только и прошептала я. Прислоняясь к косяку.

Виктор, присев около Константина на корточки, приложил к его шее ладонь.

— Что? Что? — громким шепотом спросил Ромка.

Я осмотрела комнату. Здесь было единственное окошко, закрытое снаружи ставнями, и еще одна невысокая дверь. Она была полуоткрыта. Даже непонятно было, куда могла вести эта дверь в таком небольшом домике.

Виктор прыжком вскочил на ноги, подбежал к этой двери и резким ударом ноги распахнул ее.

Я увидела миниатюрную кладовку с полками и банками, но легкая деревянная стена кладовки справа была проломана. В ней зияло отверстие, достаточное для того, чтобы в него пролез взрослый человек. Сквозь отверстие была видна дорога с катящимися по ней автомобилями.