Когда на последнем курсе он бросил ее, объявив, что еще не готов к серьезным отношениям, она нашла в себе силы не показывать своего отчаяния, хотя в действительности, особенно в первые дни, ей просто не хотелось жить. Хорошо, что занятия в университете уже закончились, и выпускники факультета журналистики готовились к последнему госэкзамену. Наташа целыми днями сидела дома, тупо уставившись в стол или механически перелистывая конспекты. На экзамене она что-то невпопад отвечала комиссии, даже не задумываясь над смыслом вопросов. Объективно ее ответ не тянул выше тройки, но сердобольные преподаватели сжалились над несчастной студенткой и все-таки натянули ей четверку.

– Наташа, я вообще-то пришел к тебе по делу, – вернул ее к реальности голос Тимофея.

Он уже не глядел в пол, а в упор рассматривал ее раскрасневшееся лицо. Чтобы поскорее отделаться от него, Наташа забрала цветы и требовательно спросила:

– Чего тебе надо?

– Поговорить.

– Говори, я тебя слушаю.

Тимофей оглянулся на входную дверь.

– Может, посидим где-нибудь, выпьем по чашке кофе?

– Мне работать надо.

– Тогда пригласи меня к себе в кабинет, – нахально предложил он.

Еще чего не хватало! Кабинет Наташа делила с тремя сотрудниками редакции, точнее, сотрудницами, и выставлять на их обозрение свою личную жизнь, пусть даже и прошлую, не собиралась.

– Ладно. Так и быть, уделю тебе пять минут. – Она подхватила Тимофея под руку и вытолкала за дверь.

На улице было свежо, а вернее, холодно. Об этом следовало подумать, прежде чем выбегать из здания в одной блузке. Наташа зябко поежилась.

– Ты без машины?

Тимофей развел руками.

– Пока не заработал.

Судя по фирменной «Коламбии» и американским «Левайсам», зарабатывал он неплохо. Опять же букет из отборных махровых тюльпанов в середине апреля тоже стоил недешево.