— Посмотри на его ногти, — шепнул шофер.

Боб обошел машину, молча отвел руки профессора от чемодана и рывком впихнул чемодан в машину.

Заметив, что Джонсон хочет сесть рядом с ним, шофер заявил:

— Пассажиров вожу только на заднем сидении.

Шофер взглянул на типа с приплюснутым носом. Тот сказал:

— Выпивка за нами.

— Ну, это немного, — отозвался шофер и тронул машину.

— Какие у вас дикие нравы! — сказал профессор, сняв очки и тщательно протирая их носовым платком. — Да, дикие, возмутительные нравы! Так обращаться и с негром — это возмутительно!

Шофер молча вел машину. Профессор Джонсон надел очки. На улицах среди прохожих он не видел ни одного негра. Мелькнула вывеска: «Колбасы, яйца, сосиски». Ему захотелось есть.

— Остановитесь возле аптеки, — сказал он шоферу. — Я куплю сэндвичей.

Шофер молча продолжал ехать дальше.

— Вы слышите? — повысил голос профессор. — Я хочу купить сэндвичей. Я на пароходе ничего не ел. Я голоден. Что же вы молчите?

— Вот что, Джонсон! — резко сказал шофер, не поворачивая головы. — Гони мне сейчас же двести долларов — и на этот раз ты избавишься от потехи.

— Что за ерунда, от какой такой потехи?

— Меня не обманешь, Джонсон. Или ты мне отвалишь двести монет, или тебя обмажут дегтем, вываляют в перьях и вывезут в тачке за город и так далее. В лучшем случае…

— Но почему меня? Что я сделал?

— Ты негр, а сегодня на негров злы. У всех выездов из города обыскивают машины. Ищут недолинчеванного негра, и ты влипнешь. Ребята уже подстерегают тебя в определенном месте, на краю города, у мельницы. Там ты потеряешь все. Ясно?

— Так ведь я не негр, а белый. Это загар.

— Конечно, загар, но они также видели твои ногти.

— Мои ногти! — воскликнул Джонсон и приблизил свои ногти к стеклам очков.