– Вот как? – возразил доктор. Он сейчас проучит эту молодую особу. – Прошу вас – поглядите на мою пациентку, – предложил он.

Но тут девчушка снова захныкала: «А где моя мамка?» – и молодая нахалка вытаращила глаза.

– Тебе лучше, Тереза? Рука не болит? – робко спросила она, подходя к кровати.

– Где моя мамка? – ныла Тереза. – Он меня уколол! – пожаловалась она сестре, ткнула больной рукой в доктора и глупо захихикала.

– Ну что ж, – сказала блондинка, – против фактов не попрешь, доктор. Здешние кумушки говорили, что вы ничего не смыслите… Словом, не умеете лечить.

– Я, действительно, давно удалился от дел, – сказал доктор, – но я как раз по просьбе своего коллеги относил ему этот чемоданчик, когда ваша матушка встретила меня и вот… – доктор униженно улыбнулся, прикоснулся к замку, и чемоданчик тут же закрылся, сократившись до прежних размеров.

– Вы его украли! – выпалила блондинка.

Доктор Фулл от ярости чуть не захлебнулся.

– Да вам никто такую вещь не доверит. Чемоданчик, должно быть, стоит прорву денег. Я как увидела, что вы Терезу лечить собрались, сразу хотела вас остановить, но потом гляжу, вроде ничего плохого вы не делаете. Но когда вы стали мне заливать, будто несете этот чемоданчик своему приятелю, я сразу смекнула – вы его украли. Берите меня в долю, не то пойду в полицию. Да за такой чемоданчик можно выручить долларов 20-30, не меньше.

В комнату робко заглянула заплаканная мать. Увидев, что девочка сидит на кровати и весело лопочет, мать радостно завопила, кинулась к дочери, упала на колени, вознесла короткую молитву, бросилась целовать руку доктору и тут же поволокла его на кухню, не переставая трещать. Все это время блондинка не сводила с них злобного взгляда. Доктор Фулл покорно пошел на кухню, но наотрез отказался от кофе, анисового печенья и рожков.

– А ты ему вина предложи, – ехидно сказала блондинка.