— Какого еще процесса? — удивился Костя, отвлекаясь от докладной записки.

— Ну… Этого там. Всякого. Научного, короче говоря. — Антуан широко зевнул и уставился на Костю желтыми бесстыжими глазами.

— А вот возьму и напишу, — сказал Костя. — Приедут из города и заберут тебя в лабораторию.

— Сотрудником? — наивно поинтересовался Антуан.

— Подопытным кроликом, — злорадно пообещал Костя.

— Кроликом? Меня? Ни за что! Какой же я кролик, ежели я кот! И ничто человеческое мне не чуждо.

— Так и писать? — переспросил Костя.

— Нет уж, — отказался Антуан и, повернувшись на другой бок, хрипло затянул: — Я птица вольная-а-а! Люблю цыгана я-а-а!..

— Что ты несешь? — рассердился Костя, вконец потеряв интерес к докладной записке. — Да ты понимаешь, что мелешь-то? Это же бред!

— Ой бредешеньки-бредовая головушка бедовая! — промурлыкал Антуан и, помолчав с минуту, добавил: — Дай лучше закурить. А то что-то в сон клонит. К дождю, наверное.

Костя автоматически достал сигарету и протянул коту.

— Мерси, — сказал Антуан, осторожно прикуривая и стараясь не опалить усы. — А ежели серьезно, то брось ты свой отчет, пошли лучше рыбу ловить! Я буду подманивать, а ты подсекать.

— Улов, конечно, пополам? — спросил Костя.

— А ты как думал? Рыба нынче хитрая пошла, ее подманить, м-ня-а… ох как непросто.

— Может, и вправду сходить? — засомневался Костя. — Черт с ним, с этим отчетом, его можно и завтра сделать.

— И послезавтра! — сказал Антуан, приподнимаясь и сладко потягиваясь. — Ну что, нести удочку?

— Тише, — сказал Костя, — кажется, Евстигнеев идет.

В прихожей заскрипели половицы, а с улицы сквозь раскрытое окно донеслась разухабистая частушка: