Хонор опустилась в кресло и, внимательно глядя на своего начальника, пересадила Нимица с плеча на колени. Адмирал, похоже, был серьезно озабочен, но Хонор все же никак не могла понять, как ее пол связан с пригодностью или непригодностью для нового задания.

– Не забывай, что звезду Ельцина заселили намного раньше Мантикоры, – начал Курвуазье привычным тоном академической лекции. – Первые колонисты высадились на Грейсоне, единственной обитаемой планете Ельцина, за пять сотен лет до того, как мы появились на сцене. – Он покивал, видя удивление в глазах Хонор. – Именно. Когда они улетели от Солнца, по Ельцину еще не было данных разведки. Да и анабиоз тогда только лет десять как изобрели.

– Боже мой, да почему же они сюда потащились? – вырвалось у Хонор. – Наверняка по системам ближе к Солнцу астрономические данные были лучше!

– Верно, были, но ты уже наткнулась на их мотив. – Хонор озадаченно нахмурилась, и он слегка улыбнулся. – «Боже мой». Это были религиозные фанатики, Хонор, и они хотели забраться так далеко, чтобы никто их не беспокоил. В ту эру о гиперпространственных полетах еще и не мечтали, вот они и решили, что более пятисот световых лет – расстояние в самый раз. Так или иначе, Церковь Освобожденного Человечества пустилась в путь, движимая верой, не представляя, что их ждет на другом конце.

– О господи. – Хонор была потрясена. У нее, профессионального флотского офицера, желудок наизнанку выворачивался, когда она думала, сколькими способами могли погибнуть эти колонисты.

– Именно. Но интереснее всего причина, по которой они все это затеяли. – Хонор удивленно приподняла бровь, и Курвуазье пожал плечами. – Они хотели уйти от «коррумпирующего и разрушающего душу воздействия технологии», – процитировал он, и капитан недоверчиво уставилась на адмирала.

– Они ушли от технологии на космическом корабле ! Это… это же безумие, сэр!