- Не будьте наивны, - раздраженно ответил Джордж. - Мы... - Он запнулся.

Минутку-минутку - а не был ли утерян у мейстерия нормальный способ ассимиляции после того, как он обрел своих обитателей? И, кстати, быть может, сначала им следовало отрастить клыки, глотку и весь остальной аппарат? Но за это время они просто загнутся от голода. Хотя, с другой стороны - черт, проклятая муть в голове, - мейстерий вполне может переварить и то, что осталось от четырех членов экспедиции, то есть их мозги. Так сказать, реализуя отложенное на черный день.

Мысль, конечно, крайне неприятная. Или - хуже того - предположим, что всякая новая пища становится жильцом, а всякий прежний жилец пищей?

Ближайшее к ним животное подняло голову, и четыре крохотных красных глазка уставились на Джорджа. Хлопающие уши встали торчком.

- Ну? - вопросила Маккарти.

Времени для размышлений уже не оставалось.

- Он нас заметил! - мысленно крикнул Джордж. - _В_п_е_р_е_д_!

Немая сцена буквально взорвалась движением. Только что они лежали на колючей сухой траве, и вот уже в следующую секунду неслись со скоростью курьерского поезда, а стадо лихо удирало галопом. Ляжки ближайшего зверя мелькали все ближе и ближе, бешено подпрыгивая; наконец коллективный разум победил бессловесную тварь - они догнали и обрушились сверху.

Бросив взгляд назад, Джордж заметил, что животное неподвижно лежит в траве - мертвое или бесчувственное.

Догнали еще одно. "Анестезия, - сообразил Джордж. - Одно касание решает все дело. - Еще одно, и еще. - Ничего-ничего, все переварится, успокаивал он себя. - Прежде всего, мейстерий должен действовать избирательно, иначе он просто не смог бы отделить наши нервные ткани."

Четыре готовы. Шесть готовы. Еще три разом - когда стадо сгрудилось между последним рядом зарослей и крутым речным берегом; затем четыре отставших - одно за другим.

Оставшаяся часть стада скрылась в высокой траве на склоне; но пятнадцать туш валялись позади, став их добычей.