Стоящий рядом спецназовец упал на землю, зажимая разорванное пулей горло. Александру хватило одно взгляда, что бы понять — не жилец. Ругнувшись, он нажал на спуск прилаженного к автомату подствольника. Ударившая в группу подобравшихся особенно близко фанатиков граната взорвалась целой тучей легких алюминиевых осколков, но и этого хватило — в отличие от плотоядных тварей, эти ублюдки не отличались высоким болевым порогом… Что-то просвистело у самого уха сержанта и, отпрыгнув в сторону, он тут же поморщился из-за резкой боли пронзившей плечо. Едва не выронив автомат, парень отступил назад к вертолету, превращенному в своего рода укрепление, и оперся о его борт. Взглянув на окровавленное плечо, он ругнулся сквозь зубы — пуля угодила в брешь, не защищенную броней.

— Крыса! Кинь кого-то на мою сторону! — закричал Уваров, укрывшись за дверью вертолета. Ребят из его отряда осталось всего семеро и отстреливались они с превеликим трудом — не дай Бог, еще кого-то убьют и оборонительный порядок рухнет как карточных домик.

— Есть! — всадив в голову плотоядной твари, так и рвущееся полакомиться человеченкой, с десяток пуль, отозвался сержант. После смерти Ларина и потери больше части своего отряда, он взял на себя командование остатками двух групп. — Сайгак, Пика — на сторону лидера, сейчас! Двое бойцов выкрикнули уставное «Так точно!» и, пригнувшись, перешли к отряду Уварова. Александр укрылся за дверью и, вытащив из полевой аптечки подвешенной на пояс шприц, сорвал зубами колпачок, скрывающий иглу. Штатных медиков, которых в самом начале было трое, уже не осталось в живых — один погиб еще во время экстренной посадки подбитого вертолета, двух других достали шальные пули… Вот теперь и приходилось все делать самому. Ткнув иглой поближе к ране,