- Если взглянуть на последнее выступление "МОСКВЫ-2", то нетрудно усмотреть в нем, как это и отмечалось в американском заявлении, некий политический замысел... Ну вот, например, можно рассудить таким образом... Вначале они разожгли наше любопытство своей "МОСКВОЙ-1" в расчете на то, что мы из чувства соревнования вынуждены будем строить свою собственную машину-предсказатель. Так оно и случилось... (Интересно, какого черта он пялит на меня глаза?) И когда мы вступили в этап практического применения, вот тут-то они нас и ловят. Ловят хитроумно, политически... Раз они делают политические предсказания, то получается, будто и нам стыдно не делать таких предсказаний, это произвело бы дурное впечатление. В результате мы можем поздравить себя с тем, что своими руками весьма ловко завели у себя шпиона. Я имею в виду машину-предсказатель. Мне хотелось бы, чтобы все хорошенько подумали об этом. Чтобы нам не зазеваться и не попасть в ловушку. Хочется, чтобы вы как следует осознали это...

Я потребовал слова. Директор с беспокойством поглядел на меня.

- А как с проектом программы, - сказал я, - который выработан прежним составом комиссии? Можно надеяться, что мы утвердим его?

- Это какой? - Долговязый заглядывает в бумаги Томоясу.

- Их было три... - Томоясу растерянно листает бумаги.

- При чем здесь три? Я говорю о первом, который разработан и принят. Проблема цен и стоимости труда в соответствии с темпами механизации. Остается только выбрать для контроля предприятие и...

- Погодите, погодите, сэнсэй, - прерывает меня Томоясу. - Право принимать решения комиссия получила только с нынешнего заседания. То, что было раньше, соответственно утратило силу...

- Но у нас уже все подготовлено!

- Нет, это не пойдет, - говорит долговязый. - Этот проект мне не представляется удачным. Слишком велик риск. Есть возможность связать этот вопрос с политической проблематикой, вы понимаете...