- Смерти хочется избежать, если это не смерть от старости, - сказала Кацуко Вада.

Эта девица иногда кажется воплощенной посредственностью. А временами она необычайно очаровательна. Ее внешность портит черное родимое пятно на верхней губе.

- А если узнаешь, что избежать не удастся, тогда как? Будешь счастлива?.. Как ты полагаешь, стала бы ты из кожи вон лезть, чтобы построить машину, если бы заранее знала, что работать тебе все равно не дадут?

- Они действительно хотят сделать это, сэнсэй?

Неизменный тон прики.

- Давайте плюнем на них, пустим машину на полную мощность, а потом сунем им под нос готовые результаты.

Это Соба, его подпевала, в своей обычной роли.

- Результаты будут, по-видимому, те же, что в Советском Союзе.

- Неужели? - сказала Вада.

- А что такого, - сказал Соба. - Пусть.

- Даже вот как? Гм... Впрочем, среди вас вряд ли есть коммунисты.

- Что вы этим хотите сказать, сэнсэй?

Мне вдруг надоел этот разговор.

- ...как говорят наши приятели в комиссии. Мне-то это совершенно безразлично.

Все с облегчением смеются.

- Я так и знал!

- Ой, сэнсэй, как вы нас разыграли!

- А о том, что нас закрыть собираются, это тоже шутка?

Я встал, туманно усмехаясь. Мне было стыдно за себя. прики чиркнул и протянул мне спичку, и я вспомнил, что держу сигарету. Я проговорил тихо, чтобы слышал только прики:

- Потом поднимись на второй этаж...

Он встревоженно заглянул мне в глаза. Кажется, он сразу понял, что я задумал...

6

- Ты понимаешь? Меня вдруг осенило, когда я разговаривал с вами внизу...

Как зловеще гудит вентилятор!

- Я так и подумал. Мне почему-то тоже как раз это пришло в голову.

- Тогда за дело. Только имей в виду, работать придется всю ночь. Я хочу, чтобы об этом пока никто не знал.

- Разумеется.

Мы сняли с полки наши папки, распотрошили их и принялись приводить вырезки в удобопонятный для машины порядок. Нам предстояло ввести содержание вырезок в "память" машины.