— Но это же… — Александр поперхнулся. — Это прорыв.

— А я хвалил его за сдержанность, — усмехнулся большой начальник. — Прорыв. Но степень риска это вряд ли снижает.

— Но это дает возможность вернуться.

— Дает. Шимпанзе, которых запускали в экспериментальном режиме, вернулись. Но то обезьянки, а то хомо сапиенс. Степень риска не уменьшилась, понимаешь? — подался вперед шеф, неожиданно переходя на «ты». — Если есть техническая возможность возвращения, то это не значит, что будет и практическая. Никто не знает что там и кто там. Понимаешь? И я хочу, чтобы ты это усек сейчас, а не осмыслил потом. Иди. Детали майор расскажет.

Погребняк встал. Майор уперся руками в столешницу, оторвал зад от стула.

— А вы задержитесь, — одернул шеф.

— Жди в машине, — бросил майор Александру.

Тот щелкнул каблуками и вышел.

Огромные стеклянные двери распахнулись беззвучно. Улица встретила непривычной тишиной и легким ветерком. Впрочем, здесь всегда было тихо — закрытая территория. Александр сделал десяток шагов, оглянулся. Высокое светлое здание Агентства устремлялось блестящим на солнце шпилем в небо. В пасмурную погоду терялось верхней частью среди низких облаков. Оно словно уносилось к Богу, или в космическое пространство, скрывающее в себе нечто столь же могучее и загадочное. В таком доме могли жить ангелы. Но люди попавшие в подвалы этого здания, как рассказывали, ангелов там не находили, зато проходили все круги ада.

Погребняк усмехнулся этой мысли и зашагал к стоянке. Он не был склонен верить слухам, рисующим членов Агентства монстрами сродни мифическим полузабытым ССовцам или НКВДшникам, у которых руки по локоть в крови невинных, но и идеализировать тоже не собирался. Он знал правду. А правда на вкус была такой же, как и многие другие правды — не горькая, не сладкая — на любителя.