
Александр нехотя включил автопилот, задал координаты. В отличие от девяноста девяти процентов населения, Погребняк не только владел ручным управлением, но и любил это дело. И управлять машиной мог одновременно с любым разговором. Впрочем, спорить с майором он не стал.
Машина, повинуясь программе, развернулась, выехала со стоянки и взяла разгон. Майор уже колдовал с коммуникатором. В воздухе парила голографическая рамка экрана.
— Как уже было сказано, это первый перелет, которым мы можем управлять, — без предисловий начал майор.
— Я ничего не слышал о подобных разработках.
— Никто не слышал. Кроме узкого круга тех, кто с этим работает. Обкатают на людях, поставят на поток, тогда пойдет информация. Придумают, как продать обывателям, тогда информация станет общедоступной. Лет через пять-десять, не раньше. Как обычно. Все, что касается самого перелета, тебе расскажут на месте. Натаскают по полной. А теперь сиди и слушай.
Погребняк откинулся на спинку сидения так, чтобы перед глазами был экран, а не лицо майора. Расслабился. Эластичность и податливость приобрели не только мышцы, но и мозги. Готовые к восприятию информации.
— Твои функции — стандартные для подобных проектов. Инструкции знаешь без меня. Летишь как специалист по контактам с внеземными цивилизациями. Естественно, в первую очередь, на контроле держишь команду. Прямым воздействием на членов команды не злоупотреблять. Себя и Агентство не раскрывать. Прямое воздействие возможно только в случае форс-мажоров.
— Форс-мажор? — перебил Погребняк. — Контакты с внеземной цивилизацией?
— Не просто контакт, а выход из-под контроля ситуации, или членов команды. Только учти, что вероятность подобного хода событий практически равна нулю. Так что держи себя в руках. В противном случае сам знаешь, чем может кончиться.
Александр кивнул. Любое распространение информации об Агентстве, любая утечка информации заканчивалась ликвидацией. Причем Агентство свои тайны хранило на совесть, а потому зачищались все хвосты. Убирали и того, через кого информация ушла, и любого, до кого она могла дойти.
