Песок, вулканический туф, соли, окислы металлов… Одним словом, непрозрачные для средств обнаружения субстанции, если говорить с точки зрения тактических свойств, – уточнил Ниткин с нескрываемым ехидством. – Из столба воды, как я уже сказал, получается сосулька высотой с Эверест. Если таких сосулек много, они сами по себе неплохо затеняют флуггер от средств наблюдения. Также случается, что тучи замерзших брызг образуют гигантские завесы, которые оседают очень медленно из-за низкой гравитации. В общем, если грамотно маневрировать, то под прикрытием криовулканов можно подойти к целям довольно близко, оставаясь незамеченным. После чего внезапно атаковать и сбить к чертовой матери!

– Вот. Это по существу. Спасибо за доклад, старший лейтенант. А теперь…

– И вот там, на плато ледовых вулканов, могло бы начаться самое интересное! – перебил Ниткин. – Но не начнется, шкимушгар им в нюх солидоленный!

– Потише, – Саржев предупредительно выставил ладонь.

– А чего потише, я и так тихо! – Ниткин вдруг разошелся не на шутку. – Хорош праздник! У них праздник, а мы мало того что противника изображаем, так нас еще всех собьют по сценарию! Бой должен быть честным! Это значит – без всяких сценариев! Даже если он показательный!

– Ну что я, снова прописные истины разъяснять должен? Сам сказал: десять раз уже жевали. Пресс-служба флота верно рассудила. Тут одно из двух: либо бой будет похож на реальный, либо бой будет красивый. Ясное дело, что по случаю праздника он должен быть красивым… Для этого каждый маневр обязан подчиняться точному расчету. Такой расчет сделан, все летно-боевые эволюции заложены в автопилот… И точка. Больше я к этому вопросу возвращаться не намерен… Точнее, нет. К этому вопросу мы сейчас и переходим. Расскажи-ка нам, Мамонтов, про особенности летно-боевой программы…

Они поговорили еще минут десять.

Потом Саржев разрешил разойтись.

Ниткин отправился спать. Тихон тоже хотел было отправиться в койку, но вместо этого вышел на улицу.