- Это двигатель, но не вечный. Трение съедает часть энергии, и ее приходится восполнять.

Лицо Мастера покрылось пятнами. Он сжал кулаки и сказал:

- Вы, скептики, все критикуете, ни во что не верите и ничего не создаете! Какой из вас прок?

Младший брат принял вызов спокойно. Он возразил:

- Зато скептики сокращают пути к открытиям и сохраняют время искателям. Скептики находят ошибки и спасают от роковых шагов. Не злись, горячность плохой советчик в таком деле. Я не осуждаю тебя, хотя от твоего упрямства пострадали и другие. К сожалению, люди склон-ны верить в то, во что им хочется верить. Они болеют - и верят в избавление от болезней, они смертны - и верят в бессмертие.

- Довольно с меня поучений! - вскричал Мастер. - Кто ты такой, чтобы учить меня? Ты даже не сумел стать мастером, а остался жалким подмастерьем!

- Я твой брат и желаю тебе добра. А ты идешь по безрассудному пути.

- Это мой путь. Если кто-нибудь посмеет преградить мне дорогу, я поступлю с ним вот так! - Мастер схватил железную кочергу и завязал ее узлом. Потрясая этим орудием, приказал:

- А теперь - вон из моего дома!

Скептику ничего не оставалось, как поспешно удалиться.

А Мастер, закончив постройку вечного двигателя, понес его в городскую ратушу на суд ученых мужей...

На второй день его нашли в постели мертвым. Он отравился. Оставил записку: "Прости меня, брат. Ты оказался прав".

Его похоронили на кладбище для бедных, под простым грубым камнем. Мастер не оставил после себя даже жалких грошей, чтобы заплатить каменотесу за эпитафию на надгробии, и эти гроши пришлось наскрести его брату.

Вскоре Скептик уехал в Париж и поступил учиться в университет. Он вернулся в родной город известным математиком. Ему предлагали место ректора университета, но он отказался. Скептик выкупил дом, который когда-то принадлежал его брату, и закрылся в нем. До поздней ночи сидел он над расчетами. Так проходили долгие-долгие годы...