— Оказался в нужном месте в нужное время.

— Ты можешь нормально рассказать, что произошло?! — взрываюсь я. Эхо прыгает по ущелью.

— Т-ш-ш! — Нефедов прикладывает палец к губам. — Никогда не кричи в горах. Жрать будешь?

— Потом. Так что же…

— У нас может и не быть «потом», — с угрозой в голосе произносит он, доставая сверток с едой.

— Я не отстану.

— Вот ты упертый! — в голосе профессора сквозит раздражение. — В общем, так: когда я ушел из военного городка, у меня при себе был только табельный «Макаров» и фляжка с самогоном. Повар у нас гнал, большой специалист по этому делу. Ну, ты в курсе, пробовал. Я готовился уйти, собрал снарягу, продукты, но взять не сумел — обстоятельства так сложились…

— Погоди-погоди, а зачем ты вообще ушел? Ты что, знал…

— Тормози на повороте! — Нефедов отрывает кусок от лепешки, передает мне. — На вопросы отвечать не стану. Хочешь — слушай, нет — я вообще ничего не буду говорить.

«Вот же козел, — думаю я, разглядывая своего спутника. — И ведь не заставишь…»

— В районе Баклина я наткнулся на расстрелянный джип. Подошел, постучал, залез внутрь. Живых, как мне тогда показалось, не было никого…

— Что значит, показалось?

— Потому что там были неподвижные люди, изрешеченные пулями, залитые кровью, со стекляными глазами…

— И там был этот Надир-шах?

— Там и был… Я забрал все, что нашел и что мог унести с собой… в этот момент один из душманов очнулся, стал скулить… Видимо, запомнил меня, решил, что я и есть убийца. Потом описал меня этим… — Нефедов кивает куда-то в сторону преследователей.

— И что? Ты не помог раненому?

— Я что, скорая помощь? Что я, по-твоему, должен был сделать? Взвалить на себя и тащить до ближайшего населенного пункта?

— Ты оставил его умирать!

— Как видишь, он не умер… если успел показать на меня.