- Да ты, старик, тоже джунглей боишься, - сделал вывод Гольто. В его голосе слышалось не злорадство, а скорее сочувствие. - Пошли к храмовникам тогда, а то беды не миновать. У нас даже копий нет, а случись рядом спир, так и копья не помогут.

- И-эмма, не поминай спира лишний раз! - Чиптомака встал и первым зашагал вслед ушедшим воинам. - Спаси нас Джу-Шум от таких тварей. Только я джунглей не боюсь, и-эмма! Владыка лесов любит лэпхо, он наш покровитель.

- Лэпхо - это которые на гуолях играют? - уточнил вор. - И Джу-Шум ваш покровитель? Тогда научи меня тоже.

Старик фыркнул. Молодой воришка не показался ему достойным кандидатом в ученики. В молчании, оба взволнованные, они быстро прошли по следам храмовников и вскоре почуяли запах дыма. Как и планировал хитрый Гольто, воины успели обо всем позаботиться.

- Скорей бы наш здоровяк пришел, - юноша присел у огня. - А воды не нашли, Джокия?

Воин ничего не ответил, но снял с пояса и швырнул воришке кожаную флягу. Тот жадно напился и передал ее старику.

- Надо нам с тобой подружиться, - доверительно прошептал Гольто. - Оба мы не воины и в джунглях пропадем...

- Да ты... Да ты знаешь, кто я?! - поперхнулся старик.

- Ладно, не кипятись! Я же ничего плохого не предлагаю. Вот, скажем, давай я твой гуоль буду нести, а то тебе тяжело.

- Струны порвешь...

- Не порву! А пока покажи мне, как на нем играть!

Гольто протянул руки к инструменту, но Чиптомака быстро шлепнул его по пальцам.

- Показать покажу, только зачем тебе его трогать? Он из поющего дерева шапа сделан, и-эмма, хозяина любит. Вот вернемся в Локио, может, и дам тебе гуоль, у меня их в школе лэпхо несколько. Эх, не испортили бы... - Чиптомака рассеянно перебрал струны.

Храмовники, в ожидании Салакуни с добычей, тоже расположились возле огня. Наличие слушателей действовало на Чиптомаку как приказ немедленно что-нибудь исполнить. Поразмыслив, он выбрал героическую песню о Муна-н'дони-Молотобойце и подлом Алидже, убийце имамов. Песня затянулась, и последний тоскливый аккорд, обозначивший отлетевшую в холодный ад душу героя, прозвучал уже в темноте.