Тут же старик пошатнулся и схватился за грудь, не услышав горестных воплей воришки. Черная Луна имела свое мнение на счет преступника, она не желала его смерти. Сквозь боль, пронзившую сердце тысячами раскаленных иголок, Альгерис в который раз подумал. Что колдовская язва, возможно, вполне разумна.

- Нет, стойте...

- Тебе опять нехорошо, дедушка?!

- Принеси немного киншасы, Ригас, все пройдет... - мэр, тяжело дыша, поднял глаза на удивленного Салакуни. - Я передумал... Может, ты и прав. Пусть идет... Нет! - старика опять шатнуло. - Давайте разберемся: он сейчас уйдет и всем расскажет, что в Локио воров больше не вешают, так?

- А я могу взять его с собой! - просиял гигант, скорый и на расправу, и на доброе дело. - Я ведь зачем пришел: попрощаться! С отрядом храмовников ухожу на болота. Вот, пусть идет со мной, а там, глядишь, и сгинет. Точно, парень? Как тебя звать?

- Гольто, - вор осторожно отпустил ногу воина, которую до этого продолжал обнимать. - А можно мне не идти на болото? Трусливый я, демонов Асулаши боюсь!

- На тебя не угодишь, Гольто, - поморщился Салакуни. - Что у вас тут за имена, а? Вот меня зовут Мохаммед Н'мбоно Салакуни, а моего старого лэпхо - Сэмюэль Н'гуни Чиптомака. У вас же тут: Гольто, Викто, Варнеча, Альгерис...

- Альгерис - восточное имя, - вставил мэр. - У нас на востоке совсем другая страна, и с ворами не церемонятся... - он прислушался к ощущениям в груди. - Хорошо, будь по твоему, друг мой Салакуни, великий воин. Забирай его на болото, чтоб его анты сожрали. Только в городе пусть не появляется.

- Нет, мы сразу к храму Жибуты пойдем, там Чиптомака уже дожидается. Я ведь тайком, - воин подмигнул, - тайком убегаю. Вчера только четвертую жену завел, свадьбе еще два дня быть положено. Так я, чтобы без лишнего воя, соврал, что к тебе по делу. А оружие мое Чиптомака прямо к храму притащит.

- Он ведь постарше меня, - Альгерис выпил принесенной внучкой киншасы и облегченно вздохнул. - Куда его несет? Рассыплется по дороге. Сидел бы лучше бездельников на гуолях бренчать учил.