Сказав это, Рододонт Селевкидович нырнул в лабиринт из шкафов, но прежде чем покинуть комнату, ткнул пальцем в висевшую на стенке одного из них табличку и наставительно произнёс:

- Кстати, сегодня не вторник, а среда. Нельзя жить вчерашним днём, это он так пошутил.

Новичок подошёл к месту, где только что стоял начальник, и с интересом осмотрел табличку, которую конечно же приметил, но не имел времени изучить. А табличка, между прочим, была интереснейшая. Поделенная на шесть строк без столбцов, она была снабжена слева передвижной стрелкой-указателем. В каждую строку были вписаны затейливым почерком стихотворные цитаты:

Враз козла найдут, приведут и бьют:

По рогам ему и промеж ему!

А жизнь мелькает, как в немом кино, 

Мне хорошо, мне хочется смеяться...

Я его замучу, зашахую 

Дай мне только дамку провести!

А нам плевать, у нас "четыре-два-четыре".

Сижу, а мой партнёр подряд играет "мизера",

А у меня "гора" - три тыщи двести!

Мы сыграли с Талем десять партий:

В преферанс, в очко и на бильярде.

Указатель стоял как раз напротив второй цитаты. Арамис подошёл, небрежно оттёр новичка плечом, передвинул стрелку на одно окошко вниз и выругался сквозь зубы:

- Вот Россинант проклятущий! Таки заметил.

- Почему Россинант? - спросил новичок. Арамис смерил его презрительным взглядом и процедил:

- Потому что Рододонт Селевкидович, и потому что носится как мерин, которому промеж ног припекло. Вот и Россинант. А ты, как я погляжу, порядочная тупица. Нам что, так и звать тебя? - и криво ухмыльнулся, отчего его правый усик взметнулся вверх. Кажется, он был здесь патентованным специалистом по прозвищам.