— Запускайте джампер, — закричал он, едва увидев меня. Сильный холодный ветер относил его слова в сторону. Площадка освещалась только посадочными огнями аппаратов.

— Все равно какой? — торопливо спросил я. Для долгих разговоров было слишком холодно.

— Все равно. Они всегда должны быть заправлены и в рабочем состоянии. Если увидите большой красный знак на ручке газа, выбирайте другую.

Сегодня имитировать хромоту мне было ни к чему: от холода и усталости нога действительно не слушалась. К счастью, первый же подвернувшийся джампер был готов к взлету. Нажатием большой зеленой кнопки на панели управления я запустил процедуры предполетной подготовки и диагностики. Через три минуты, когда они завершились, Шон и Джанет уже грузили багаж. Я решил им помочь, и Джанет устало улыбнулась мне.

— Куда? — спросил я, когда мы запихнули в грузовой отсек последний кофр с аппаратурой.

— В аэропорт, — ответил Шон. — Оттуда самолетом в Эдом. — И он уселся на переднее пассажирское кресло. Когда стало ясно, что больше Шон ничего говорить не собирается, Джанет добавила:

— В диспетчерской получили сообщение и сразу же вызвали нас. Какая-то неисправность на одной из климатических станций. По-моему, нарушился тепловой баланс. Во всяком случае, это достаточно необычно. — Она плюхнулась на заднее сиденье и быстро пристегнулась.

Я щелкнул тумблерами, отключая связь с аэропортом. Бортовой компьютер сообщал, что все в порядке, и я дал ему команду на старт. За фонарем кабины вздыбилась пыль, джампер задрожал, и мы очутились в воздухе. Грохот двух стоящих сейчас вертикально реактивных двигателей легко проникал сквозь тонкую оболочку корпуса. Несколько секунд я дал машине повисеть на приповерхностном эффекте, потом выровнял ее с учетом сильного ветра и прибавил газу.

Компьютерный автопилот я оставил включенным — он будет удерживать аппарат в равновесии и перехватит управление, если решит, что я совершил ошибку. На выходе за границу приповерхностного эффекта джампер слегка провалился, но тут же радостно подскочил и устремился ввысь. Кольцо посадочных огней сжалось до размеров монеты, а потом и вовсе исчезло в облаке пыли. Когда мы набрали высоту и двигатели приняли горизонтальное положение, я вновь связался с аэропортом и заказал самолет.