— Да я и не думал! Сами знаете, это не по моей части. Я так рассудил: позову вас. Вы существа ученые, вам и карты в руки. Вместе что-нибудь придумаем. Целый Мир четыре раза спасли, а тут — всего одна невеста! Делов-то!

— Не скажи! — возразил Эдуард с сомнением. — В любом деле нужен опыт. Мир мы спасали, а невест твоих — ни разу!

— Ведь мы даже не знаем, как она выглядит, — поддержал бывшего ученика Хельги.

Меридит согласно кивнула, она тоже не разделяла Рагнарова оптимизма.

— Знаем! Смотрите, вот ее портрет! — Рыцарь вынул из-за пазухи некий предмет, бережно завернутый в шелковую тряпицу.

Это был небольшой, с ладонь, поясной портрет в золотой рамке с сехальской бирюзой. Кисть живописца запечатлела молодую дородную деву с белокурыми волосами и жеманной улыбкой.

— Хочешь сказать, она тебе нравится? — удивился Эдуард.

— А что? — пожал плечами жених. — Дама как дама, бывают и хуже. По портрету трудно судить о человеке, но на вид вполне мила.

Сильфида вышвырнула за борт недоеденную куриную ногу и сообщила:

— Она жирная!

— Конечно! — с готовностью согласился Рагнар. — Мы в Оттоне тощих кур не держим! Стала бы мама вас тощей курицей угощать!

— Да не курица, осел сехальский! Невеста твоя жирная!

— Не преувеличивай, — вмешалась справедливая диса. — Она просто немного в теле.

— Это она на портрете «в теле». Но ты учти, что придворные живописцы склонны льстить своей натуре. Поэтому приплюсуй к запечатленному минимум половину.

Но Рагнара слова сильфиды не огорчили. Он не находил в упитанных женщинах ничего дурного.