– Энергию набрал, – доверительно сообщил он. – И так, – он посмотрел на девушек отстраненно потусторонним взглядом и, как бы через силу, начал вещать…

– Эта слева из хорошей семьи, но немного нерешительна… – Я посмотрел на Андрея и в моей голове застрочило: «тапки с тупыми носками, юбка в складочку по колено, на рюкзаке зайчик… родители интеллигенты, но сама не лидер! – Андрей посмотрел на меня значительно. – Жизнь, в общем, ей удастся, но с личным… – Он как бы вгляделся в туманную даль, – не видно… Скорее, не сложиться… – сокрушенно заключил он. – По работе… все в принципе нормально, тихая карьера в хорошем месте. „У нее на физиономии филфак написан, с родителями в порядке, устроят…“ – звучало в моей голове. – Вот так, – гордо констатировал Андрей. „Круто я заколбасил!“ – послышалось дальше, из чего я заключил, что это были его мысли, каким-то образом параллельно транслировавшиеся в моем мозгу.

– А теперь ты, – великодушно разрешил он. Только энергии сперва поднабери чуток, для разгона. Он рассеяно благодушно огляделся вокруг. Я посмотрел на девушек, в голове привычно зазвучало; я, повторяя услышанное вслух, начал:

– Девушка с рюкзаком Лиза Чайкина, родилась пятого октября в Петрозаводске. Роды шли тяжело, сделали кесарево, как следствие отсутствие агрессии и недостаток жизненной силы. Впрочем, если бы не было кесарева, не родилась бы вообще. Двойное обвитие пуповины и ножное прилежание. Ультразвукового исследования тогда не делали, поэтому решение принималось на глазок. Врач: акушер Шпиленя Геннадий Валерьевич, 1956 года рождения, урожденный… Впрочем, куда это меня, это уже не о ней… – видел или слышал я. – Мне было трудно определится с терминами. Описываемое мной представлялось чрезвычайно детально. Словно фонарик направлялся в глухую темноту и освещал выхватываемые подробности.