– Спасибо, – сказал я и, беззвучно отодвинув стул, сел напротив.

Жена ему, видите ли, говорила. Небось, прочитала в газете – вот и говорила. Можно себе представить эту жену. На лице – косметическая маска, толстые пальчики напитаны золотом самой поганой пробы, бигуди под косынкой, – подумал тогда я.

– Только картинки мне не нравятся.

– Вот как? – опешил я.

– Замените.

Мне понадобилась одна семьдесят четвертая секунды, чтобы вспомнить, что висит у него в номере. Вспомнил. «Последнее искушение Руми» (подлинник) и «Плод граната» (копия семнадцатого века).

– И гранат тоже заменить?

– И его тоже. Похож на какашку, – хохотнул F.

Я бы тоже хохотнул, если бы было хоть немного похоже.

– Наша гостиница недалеко от штаба. Вам удобно добираться, ведь верно?

– Мне? Вообще-то ничего. Кстати, я вас как раз и позвал, чтобы этот вопрос обсудить.

– Всегда к вашим услугам.

– Я тут своим в штабе рассказывал про все эти ваши дела, про оранжерею, про кухню тоже рассказывал, про здешних кралечек… Они все так и охали.

– Мне очень лестно, – сказал я, чтобы дать ему возможность прожевать, не впадая в конфузы. Я, конечно, насторожился.

– Да, так вот, – продолжил F., облизывая губы. – Они попросили, чтобы я их тоже сюда устроил. Платим мы им мало, должны уже за три месяца, а кампания сами понимаете – смертельная. Так вот я и думаю, а что если правда штабных сюда устроить?

– Пожалуйста, – пожал плечами я. – А сколько их?

– Да что вы заладили: «сколько-сколько», – раздраженно перебил меня F., хотя я ничего такого не ладил.

– Извините.

– Вы главное скажите, сколько здесь номеров всего.

– Всего семнадцать.

– А сколько коек?

Эти «койки» меня покоробили, но я сосчитал довольно быстро.

– Около двадцати пяти.

– Мама родная! – вытаращился на меня F. – Так мало?! А чем же вся эта громадина занята?