Сегодня эволюция называется (это говорят ведущие американские эволюционисты, такие, как Стивен Голд (Stephen Jay Gold) или Брайан Гудвин (Brian Goodwin)) танцем генов, который, в принципе, не является процессом все более поступательным. Об этом я опять написал когда-то эссе под названием "Биология и ценности"; но и о нем в стране даже ни одна хромая собака не отозвалась.

Зато о том, что моя фантоматика, подробно описанная 36 лет назад в "Сумме технологии", теперь известна как виртуальная реальность, некоторые в стране уже это знают, в то время как за границей об этом говорят только там, где "Сумма" была переведена (приписанный к скромному штату science fiction я не мог рассчитывать на издание этой книги в США, так как это была никакая не SF, а возможное восприятие этого названия ограничилось некоторыми странами Европы). Меня удивляет, что эта книга до сегодняшнего дня живет, то есть говорит читателю о том, что есть и что может быть. Наверное, зря ее высмеял Лешек Колаковский (Leszek Kolakowski) в журнале "Творчество" ("Tw?rczosc") в 1964 году.

Об информации, использующейся как оружие, я тоже писал в "Рассказе Второго Размороженца" в "Воспитании Цифруши". Там шла "война за информацию, без огнестрельного или ядерного оружия, шла бомбардировка информацией ("лгаубицами")".

Также под названием "рассеянного интеллекта" блеснула в муравейниках и в гнездах термитов насекомоподобная "некросфера", названная "черным облаком" в "Непобедимом".

Сегодня существуют два направления главного удара в точных науках: в биологии - это атака на рекомбинат ДНК, на спирали нуклеотидов, то есть "высказывания" того химического молекулярного языка, штурм его созидательной силы, которая должна рано или поздно достичь терапевтической, рекомпозиционной и, наконец, неокомпозиционной автоэволюции человека.



5 из 7