– Если за всем этим стоит Димитр, то очень скоро «жучки» похищенного и похитителей замолчат из-за какого-нибудь несчастного случая. Кажется, раньше там было городское газохранилище?

– Но какой смысл убивать Грувера?

– Пока речь идет только о биохране. Его «смерть» необходима, чтобы власти прекратили поиски. Сейчас жизнь Грувера стоит больших денег, потом за нее и цента не выручишь. И тогда у Димитра появится масса времени для решения в свою пользу всех спорных вопросов с бывшим компаньоном.

– Им что, денег мало?

– Не знаю. Может, не поделили чего?

– Поубивал бы гадов! – Возмутился Лирсон. – Выходит те, кого полиция считает похитителями, к преступлению не имеют никакого отношения?

– Скорее всего. Для Димитра эти люди – просто статисты, – вздохнул майор. – Кто-то же должен ответить за гибель «дорогого» партнера.

– Тогда ищи скорее своего Грувера.

– Уже.

– Нашел? И где?

– Почти рядом.

– Но как ты сумел?

– Поработала одна из тех идей, которую я не успел реализовать в компании «Гранди».

– Новые «жучки»?

– Нет. Биотоки человека. После тюрьмы я несколько лет создавал приборы, способные их улавливать на больших расстояниях. Не нужно никаких роботов и передатчиков – люди сами являются источниками излучения. Причем сугубо индивидуального, как отпечатки пальцев. Видишь вон тот огонек на экране? Это Грувер. – Майор развернул диаграмму сигнала. – Могу сказать, что он не спит, испытывает легкое недомогание из-за печени и сильно нервничает.

– А почему ты уверен, что это он? В том здании были и другие огоньки.

– Я скопировал биотоки компаньонов через год после выхода на свободу.

– Хотел отомстить?

– Да. Но передумал. Месть могла снова привести за решетку, а там, я скажу, хорошего мало.

– Наша служба тоже не сахар. Не жалеешь?

– Нет. Мне довольно быстро удалось избавиться от навязчивой идеи наказать «компаньонов», а работу я не бросал даже в тюрьме.