Ее голос был едва слышен. Она сидела, бессмысленно уставясь на стакан.

- Знаете, - нахмурился Суорски, - после всего, что вы тут сказали, мне кажется, Колин прав.

- Не говорите так! - Она вскочила и влепила ему пощечину. - Кеннеди хороший! Все вы дряни, сидите тут говорите гадости за его спиной, а на самом деле мизинца его не стоите и...

Она вылетела из комнаты, оставив хозяев несколько ошеломленными.

Суорски рассказал об этом Фрэйзеру.

- Удивительно. - Он пожал плечами. - Ее ярость не кажется естественной, я начинаю соглашаться с твоими выводами. Но что можно сделать? Полиция?

- Я пытался, - скучно сказал Фрэйзер. - Они смеялись. Когда я пытался настаивать, меня чуть было не упекли в тюрьму. Но самое неприятное - никто из тех, кто знаком с машиной Кеннеди, не согласится дать против него никаких показаний. Он сделал так, что они поклоняются ему.

- Так ты дойдешь до безумия. Это всего лишь гипотеза. Я отказываюсь верить в твои предположения, пока не найдется несколько вещественных доказательств. Что ты намерен предпринять?

- Ладно, - сказал Фрэйзер без всякого выражения. - У меня есть несколько тысяч сбереженных долларов и я помогу Джуди. Слышал басню о льве? Он был сильнее медведя, тигра и носорога, но маленький комар, напав, победил его. - Колин встал. - Пока! Надо торопиться. До свадьбы всего шесть недель.

3

Ему постоянно досаждали мерзкие тени, ведущие гнусные разговоры, мешающие работать и думать, где бы он ни находился, они радовались ударам судьбы и наваливались тяжестью после спиртного, они громко шептались каждый вечер и мешали спать, и нельзя было вызвать полицию и пожаловаться на них, потому что тогда его точно упрятали бы в психушку.

Фрэйзер сидел в своей комнате уже недели две и как раз дошел до такого состояния. Однажды, когда он пытался сосредоточиться на очередной математической матрице, зазвонил телефон. Фрэйзер равнодушно подошел и поднял трубку. Трезвый голос логики подсказывал, что это не могла быть Джуди, как бы в глубине души он ни надеялся. В трубке раздался мужской голос: