Ну, раз такое дело, тогда конечно. Разве я не понимаю? В общем, на следующее утро встал я пораньше, галстук не надел, туфли замшевые - и прямиком на стройку.

Как раз вовремя пришёл: там уже все сорок человек собрались. Все энергичные, горячие, от родного дела чувством долга временно оторванные. Засучили мы рукава, разбились на четвёрки и принялись в домино играть. Больше там нечего было делать, потому что, во-первых, бетон не завезли, во-вторых, кран на каком-то другом объекте застрял, а в-третьих, Иван Исидорович, который был должен нами заниматься, ещё с понедельника, как нам объяснили, "загудел". Впрочем, я твёрдо не уверен: может быть, это кран загудел, а Иван Исидорович застрял на другом объекте. Однако, так или иначе, сидим играем. Час играем, второй. Те, у кого чувство долга послабей выражено, стали проситься отпустить их на службу, однако строительное начальство этих несознательных пристыдило и после некоторого раздумья переключило наше чувство долга на другую мишень.

- Вы, - говорит, - вот что... Очень хорошо, что как раз сегодня вы тут под рукой оказались. Дело в том, что нам надо сегодня во что бы то ни стало послать восемьдесят человек на овощную базу. У них там прорыв, и наша с вами святая обязанность - им помочь. Так что вы пока туда идите, принимайте на себя главный удар, а мы тут ещё людей наскребём и к вечеру вас сменим. А насчёт всяких формальностей не беспокойтесь: мы вам запишем, как будто вы целый день на стройке работали.

Ну, тут некоторые формалисты среди нас запротестовали: дескать, мы на очковтирательство не пойдём: нас на стройку послали, а не на базу. Однако строительное начальство в ответ на это выразило удивление и даже изумление такой отсталостью во взглядах.

- Вы что, - спрашивает, - разве не понимаете, что овощи гибнут? Спасти их - это, если хотите, ваш долг! Долг перед районом. Перед городом. Перед страной, наконец! Сейчас всё решается на овощной базе!

Перед такими словами мы не могли устоять. Смешали домино и с песнями, с бутербродами строем на базу отправились.