- Мне это не нравится, Найп. По-моему, это попахивает жульничеством.
- Скажу вам еще кое-что, мистер Болен. Стоит нам начать, как мы сможем выпускать самую разнообразную побочную продукцию. Взять, к примеру, рекламу. В наше время фабриканты пива и другие предприниматели с удовольствием заплатят большие деньги, если известные писатели позволят ставить свои имена под рекламой их товаров. Ей-богу, мистер Болен, мы с вами толкуем не о детских игрушках. Это большой бизнес.
- Вы слишком честолюбивы, мой мальчик.
- И еще. Если захотите, мистер Болен, нам ничто не помешает подписывать вашим именем некоторые из наиболее удачных рассказов.
- Великий боже, Найп! Для чего мне это?
- Есть ведь писатели, сэр, которые пользуются большим уважением. Мы должны создать себе известность. Что касается меня, то я серьезно подумываю подписать своим именем один-два рассказа, так сказать, для почина.
- Значит, стать писателем, да? - задумчиво проговорил мистер Болен. - Эта публика в клубе наверняка разинет рот, когда увидит мое имя в журналах, в солидных журналах.
В глазах мистера Болена появилось рассеянное, мечтательное выражение, и он улыбнулся, но, тут же встрепенувшись, принялся листать лежавшие перед ним чертежи.
- Мне не совсем понятно одно, Найп. Откуда берутся сюжеты? Ведь машина вряд ли способна придумывать сюжеты.
- Мы их вложим в нее. Это не проблема. Сюжетов хоть пруд пруди. Вон в той папке, слева от вас, собрано четыреста сюжетов. Все они вкладываются в машину, в ячейки "сюжетной памяти".
- Продолжайте.
- Есть еще много других изящных усовершенствований, мистер Болен. Например, существует некий фокус, который проделывают почти все писатели, - в каждый рассказ вставляется по крайней мере одно длинное и не очень понятное слово.