Савелий сразу же понял, что перед ними действительно сам Дудаев, он даже «услышал» его мысли, когда тот пытался понять, во что он влип и кто перед ним, свои или чужие? Однако, как ни странно, страха за свою жизнь у него не было, скорее сожаление, что она может оборваться так глупо.

Савелий осознал, что пауза слишком затянулась, и решил перехватить инициативу.

— А чем вы докажете, что вы действительно Джохар Дудаев, а не его двойник? — спокойно спросил он.

— А ты спроси у племянника, — чуть растерянно предложил Дудаев, явно не ожидавший, что ему когданибудь придется доказывать, что он и есть Дудаев.

— Спросил бы, да мой дружбан до сих пор без сознания. — Савелий произнес это спокойно, без тени злорадства или ехидства в голосе.

— И что будем делать? — Дудаев явно начинал терять терпение.

— Поговорим, вдруг что-нибудь и получится, — неожиданно предложил Савелий, заметив, что его собеседник стал проявлять к нему какой-то интерес.

— Поговорим?

— А вы против? — На этот раз Савелий добавил в голосе иронии.

— Я? Нет! — улыбнулся Джохар. — Как и где?

— Здесь и… — Савелий чуть прищурился, — … тет-атет!

Дудаев внимательно посмотрел Савелию в глаза, сделал небольшую паузу, взвешивая, есть ли риск в предложении смелого незнакомца. Не может же он не знать, что за дверью дома стоит человек двадцать вооруженных до зубов боевиков, готовых разорвать на клочки любого, кто попробует покуситься на жизнь их хозяина.

— Если есть сомнение, то готов разоружиться, — с улыбкой предложил Савелий, прекрасно понимая, что эта фраза, несмотря на то что вроде бы не несет ничего обидного, на самом деле имеет скрытый смысл, то есть намек на то, что Дудаев чего-то боится.

Нет ничего унизительнее для горца услышать даже намек на его трусость.