Горя желанием вернуть расположение Мушмакаева и не желая допустить ошибки, Лилиана решила действовать наверняка. Первым делом, совершенно «случайно» на улице познакомилась с супругой Самохвалова Людмилой. Наговорив кучу комплиментов ее сынишке, она мгновенно очаровала ее и была приглашена в гости как самая близкая подруга, а через несколько дней представлена и хозяину дома. Сначала, когда Валерий Бенедиктович услышал о случайном знакомстве жены, он насторожился, но, когда увидел Лилиану, которая то и дело «застенчиво», как ему казалось, опускала свои огромные глаза, успокоился и даже не стал скрывать свою симпатию к ней. Вскоре она настолько обаяла эту семью, что они всерьез начинали скучать, когда она не появлялась в их доме больше двух дней.

В тот день, когда Валерий Бенедиктович поставил последнюю точку в работе над своим детищем, он вернулся домой несколько раньше обычного, а на лице было столько сияния, что не заметить этого мог бы только слепой.

— У тебя такая счастливая улыбка на лице, словно тебе дали Нобелевскую премию, — с улыбкой заметила Людмила, принимая у него пальто.

— Почти, — загадочно кивнул Самохвалов и хитро подмигнул.

— У моего бывшего мужа такие глаза были всегда, когда он ставил последнюю точку под какой-нибудь огромной статьей.

Лилиана отметила реакцию Валерия Бенедиктовича и тут же добавила:

— Он был журналистом. — Ее глаза выразительно погрустнели.

— Был? — участливо переспросил он.

— Да, он в Чечне погиб… — Лилиана картинно тяжело вздохнула. — Давайте не будем о грустном в такой счастливый для вас день. Это нужно отметить.

— Господи! Ничего не понимаю! — удивленно пожала плечами Людмила.