— Молчи лучше! — прикрикнул тиун. — Ильюшеньку все вокруг знают. Он с детства убогий. Не то что драться — ходить не мог. Матушка его отцу Никифору в Муром столько даров для богородицы перетаскала — две новые церквы построить можно. А вы неизвестно какие еще калики. Это как же надо было несчастного обидеть, ежли бог не только исцеление ему дал, но и силу небывалую, чтоб от вас защитился!
Тут новое обстоятельство пришло на ум тиуну:
— Да за такое чудо праздник устроить надо! Всем селом неделю гулять будем. Покос как раз кончается, а для жатвы время еще не пришло. Ладно, калики, раз через вас к Ильюше исцеление пришло, будете с нами пить-гулять.
Рябое лицо рыжего искривилось беззубой ухмылкой:
— Сладимся. Коли всю седмицу будет у нас пива и браги сколь душа примет, да чтоб закуски не переводилось, так у нас пожалуй и память на обиду отшибет. Не ославим тогда вашего богатыря за напрасные побои, а прославим чудо исцеления небывалое.
Комментарий автора
Это не стеб над былинным героем. Симптомы болезни Ильи в рассказе соответствуют редкому и малоизвестному нервному заболеванию миатония Томсона. Если же у Ильи было еще более редкое заболевание: ложная миатония Томсона, вызванная перенесенным в детстве страшным стрессом, совпадающая по симптомам с миатонией Томсона, но вполне излечимая, то описанные в рассказе мгновенное излечение и обретение сразу большой силы вполне могли иметь место.