Для сравнения: марсианским пейзажам миллиарды лет, и планета покрыта реголитом - слоем осколков и пыли, созданным в результате метеоритных ударов. На Марсе этот слой километровой глубины. На Ганимеде реголит куда моложе, и толщина его измеряется метрами, а на Европе - и вовсе сантиметрами. Но и здесь, как на любом небесном теле, лишенном атмосферы, процессы эрозии идут столь медленно, словно их нет совсем. Отпечатки ног могут продержаться миллион лет, прежде чем их сотрут удары микрометеоритов. Не удивительно, что Индира обнаружила старую шахтную дорогу. Все вокруг было изрыто следами многолетней деятельности. Местами дорогу прорубали во льду, отбрасывая глыбы и осколки льда в сторону через проломы в откосах. Осколки, как бриллианты, блестели в свете фонаря на шлеме Индиры - колющий блеск везде, куда ни повернешься.

У нее оставалось два часа. Через два часа ее должны разбудить. Индира не желала проводить время в унылом необитаемом куполе, в голой холодной клетушке и решила обследовать окрестности.

Радар скафандра показал ей, где лежит станция старой шахты - внизу, подо льдом. По-видимому, станция была построена в герметичной капсуле и снабжена сверхпроводниками, отводящими избыточное тепло на радиаторы в глубинах океана. Такая станция в состоянии работать без всякого надзора. Возможно, хозяева собирались вернуться через считанные недели. Но что-то - вероятно, сдвиг после ядерного взрыва в Тайр-Макуле - нарушило герметичность капсулы, и, скорее всего, какие-то формы биологического макрооружия уничтожили систему отвода тепла. Теперь купол станции медленно погружался в лед, растапливая его своим избыточным теплом.

Индира принялась обводить контуры станции радаром, но тут запищал сигнал тревоги - кто-то обнаружил ее. Секунду спустя она увидела человека, прячущегося за ледяной глыбой. Соглядатай. Индира пригнулась, насколько позволил скафандр, взглянула еще раз - никого не видно, ни визуально, ни через радар. Снова пересекла дорогу и подошла к месту, где только что стоял человек.