Алкид промолчал.

— Не хочешь говорить? — спросила Гидра. — Не очень-то вежливо с твоей стороны. Я как-никак тебе жизнь спасла. Ничего не хочешь мне сказать по этому поводу?

— Нет, — буркнул Алкид.

— Вот как? — Гидра положила щуку на плоский камень, а другим камнем ударила ее по голове. Щука утихла.

— Я тебе не доверяю, — сказал Алкид.

Гидра вздохнула.

— И на том спасибо, — горько сказала она.

Она снова покинула пещеру и почти сразу вернулась, неся с собой несколько пучков травы. Обернув щуку травой, она уложила ее на блюдо. Взяв ветку, Гидра пошевелила угли в костре, разравнивая их в более-менее ровную поверхность.

— Знаешь, вы, люди, странные создания, — сказала Гидра, засовывая блюдо со щукой в огонь и веткой проталкивая его в самую середину костра. — Мне иногда кажется, что вы вообще не замечаете, что вокруг вас живут еще тысячи живых существ.

Она посмотрела поверх костра прямо в глаза Алкиду. Алкид выдержал ее взгляд. Гидра опустила глаза. Помолчав еще минуту, она спросила:

— Объясни мне, почему ты собирался убить меня. Разве я сделала что-то дурное?

Алкид едва сдержал усмешку. Прежде чем ответить, он еще раз поскреб горящей веткой в костре, счищая с обгорелого конца черный уголь.

Чудовище хочет знать, почему его нужно убить? Что же, пусть так. Необычное для чудовища пожелание, но тем не менее, почему бы и нет?

— Ты монстр, — наконец промолвил он. — Ты пожираешь людей.

— Я? — удивилась Гидра. — Кто — я пожираю?.. Кто сказал тебе эту глупость?

— Всем это известно, — рявкнул Алкид. — Все чудища охочи до человеческой крови. Видишь эту шкуру? — он потряс перед Гидрой тем, что прежде было львиной лапой. — Видишь? Он хотел меня убить и сожрать. И если бы я не убил его первым, там, на склонах Киферона, то он, он — убил бы меня.