— Мастер Одо!

Пару мгновений Акрида, подслеповато щурясь, смотрел на Ласточку. Лысая, в коричневых змеиных пятнах голова на длинной шее клюнула вперед:

— Ласточка… ты, что ли?

— Я, мастер. Вы кого с лордом отправляете?

— А-а, не твоя забота. Иди, Ласточка, иди. Валер поедет, я за ним послал.

— Тут полотна на четыре локтя, мастер, — встряла Вилла, добыв из ларя ворох ткани. — Прикажете на бинты порезать или куском пойдет?

— Куском, Вилла. Сами разберутся.

— Как же, мастер, — заявила Ласточка. — Валер один не справится, вон какая армия! К тому же он все лето с лордом ездил.

Акрида снова клюнул пятнистой головой и показал Ласточке шишковатый скрюченный палец.

— Валер — слуга лорда нашего Раделя, как и мы с тобой, и будет делать, что прикажет лорд. — Для убедительности старик потряс крючком у Ласточки перед носом. — И наилучшим образом, женщина! А что до «один не справится», так ему в пару вильдониты своего брата отправляют, сведущего в нашем ремесле. С помощниками. От них и фургон, и все причитающееся.

— Давно пора, — буркнула Вилла. — А то устроились на лордских-то харчах, и дом на Колодезной им, и Гусиный Луг, и пасеку в Бережках…

— Ты не чужое добро считай, женщина, а свое! — Скрюченный палец ткнулся в экономку. — Что это ты на пол свалила? Вот это, что такое?

— Так полотно же, мастер!

— Почему на полу! Убирай сразу. Горазды чужое добро пересчитывать, а свое по полу разбросали!

— Не на полу, а на тряпице, — обиделась Вилла, но сгребла ворох ткани и унесла его к дорожным сундукам.

— У Валера младшему месяца не исполнилось, — сказала Ласточка. — И жена прихварывает. Я вместо Валера могу поехать, мастер. Я же одна, у меня нет никого.

Вилла обернулась и уставилась на нее большими глазами.

— А? Чего ты говоришь? — не поверил ушам Акрида.