— Вы все признаете, — продолжил рыцарь, — что моя леди сердца является прекраснейшей девушкой на свете?

Молчание.

Вот скажи, зачем тебе признание своей девушки самой прекрасной леди группой торгового и наемного быдла? Подошел бы к столу с благородными, их бы и спросил. Так нет, осматриваешь весь зал прокурорским взором! Ты еще к крестьянам докопайся! Вот их мнение для тебя наверняка будет самым важным. Так, сейчас кое-кто отойдет от шока и к парню придет северный лис. Трое из компашки уже потянулись за мечами. Блин! Я опять ошибся. Это придурки, а не убийцы. Профи наемники так себя не ведут. Когда я начну правильно анализировать обстановку? Паранойя и сомнения меня доконают.

— Не признаю, — лениво процедил я.

— Что? — повернулся ко мне придурок.

— Садитесь за стол, — улыбнулся я, — и я Вам подробно объясню, почему я не считаю Вашу леди сердца самой прекрасной девушкой Арланда. Ущерба Вашей чести, разделить со мной трапезу не будет.

Этот Бинг, помялся и направился к моему столу. Трактирщик покрутил пальцем у виска, глядя на парня, а потом продолжил протирать стаканы.

— И как Вы объясните свое наглое заявление? — поинтересовался придурок, присев за стол. — Я знаю, — продолжил он, — что наемникам неизвестно слово честь.

Я поставил полог молчания

— А вот хамить, парень, — начал я, — не стоит. Твоего герба, который ты так здорово нарисовал на своей тунике, я не видел на поле Мести. А я там был. Я убивал и терял друзей. Тебе ли говорить мне о чести? Я, которого ты называешь наемник, там был, а тебя не было.

— Прости, — улыбнулся рыцарь, — я не хотел тебя обидеть.

Я рассмеялся.

— Послушай, — продолжил я своеобразный диалог, — меня обидеть могут только мои друзья. Ты к ним не относишься и ты можешь только меня оскорбить. Конечно, если очень сильно постараешься. Обычно я за это убиваю.