Литтл. Сколько ей лет?

Франкенштейн. Сто.

Литтл. Ну и нервы у этой женщины!

Франкенштейн. Они перед вами.

Литтл. Я хотел сказать… какое у нее мужество. Какая сила духа!

Франкенштейн. Мы оперировали под наркозом, сами понимаете. Без анестезии нельзя.

Литтл. Даже под наркозом…

Франкенштейн трогает Свифта за плечо. Свифт снимает наушники и смотрит то на них, то на приборы.

Франкенштейн. Доктор Том Свифт, разрешите представить вам доктора Элберта Литтла. Том — моя правая рука.

Свифт. Привет.

Франкенштейн. Доктор Литтл работает в Вермонте. Он оказался рядом и заинтересовался нашей лабораторией.

Литтл. Что вы слушаете в наушниках?

Свифт. Все, что происходит в палате пациента. (Протягивает ему наушники). Прошу.

Литтл. (Прислушивается). Ничего не слышно.

Свифт. Сейчас косметолог делает ей прическу. В это время она всегда спокойна. (Берет у него наушники).

Франкенштейн (Свифту). Мы должны поздравить нашего молодого гостя.

Свифт. С чем?

Литтл. Хороший вопрос: «С чем?»

Франкенштейн. Вы удостоились большой чести.

Литтл. Я не совсем уверен.

Франкенштейн. Вот тот самый Литтл, которого журнал «Мир женщины» назвал лучшим семейным врачом прошедшего года, не так ли, доктор?

Литтл. Да… правильно. Я до сих пор не могу в это поверить. Но какое это имеет значение для вас? Ваши масштабы… и вдруг я — такая маленькая сошка.

Франкенштейн. Я каждый месяц от корки до корки прочитываю «Мир женщины».

Литтл. В самом деле?

Франкенштейн. Мой единственный пациент — миссис Лавджой, а она читает этот журнал. Стало быть и я его читаю. Потом мы обсуждаем прочитанное. В последнем номере мы ознакомились со всеми материалами, касающимися вас. Миссис Лавджой мне все уши прожужжала: «Такой милый молодой человек. Такой внимательный».