- Вы смелая женщина, мисс Ронеро. Вы летите в Меганезию, предварительно сделав публичное заявление о том, что не верите их координатору Торресу.

- Я не делала такого заявления, - возразила она, - Я просто сказала, что желаю проверить его рассказы на месте, в его стране.

- По моему опыту, - сказал Касси, - когда речь идет о тоталитарных режимах наподобие меганезийского, заявленное желание проверить слова лидера… или фюрера… это то же самое, что публично обвинить его во лжи. Тем более, после этого инцидента с пилочкой для ногтей в студии… Я имею в виду, когда вы случайно ранили Торреса в шею…

- Это была царапина, - перебила Жанна, - Вы же видели эту пресс-конференцию. Он сам предложил мне убедиться, что его ошейник безопасности невозможно просто так снять. Как и ошейники заключенных на меганезийской каторге. Это кстати, о проверках. Он не обиделся, что я ему не доверяю. А эта царапина на шее стала для него просто поводом со мной пофлиртовать. В общем, нормальная реакция нормального мужчины.

Касси провел ладонью по своей красиво подстриженной бородке.

- У вас с ним…      

- … Ничего не было, - перебила Жанна, - Если не считать бутылки вина, которую мы с ним выпили в кабачке недалеко от студии. Мне уже так надоел этот дурацкий вопрос.

- Извините, -  Касси сокрушенно развел руками, - Просто репортерская привычка…

В кабинет зашла флегматичная длинноногая девушка в строгом деловом костюме, и поставила на стол поднос с двумя чашечками и сахарницей.

- Спасибо Лидия, - сказал он уже ей в спину и снова повернулся к Жанне, - …Я только хотел сказать, что тоталитарным лидерам свойственно коварство.

- Знаете, мистер Молден, это же смешно.