Впрочем, старания храмовника все-таки принесли свои плоды. Конечно не то, что он ожидал, но хоть что-то. Просто в какой-то момент парень почувствовал, что на него тоже смотрят. И взгляд этот шел из-под капюшона.

– Помоги… – прошелестело оттуда, и незнакомец едва заметно шевельнулся.

Раздался отчетливый звон и лишь теперь Фиар разглядел сквозь дырявый плащ кандалы на руках незнакомца.

Фиар попытался что-то спросить, но не смог, да и не успел. Неизвестный режиссер посчитав, что представление пора бы уже завершать, легко подхватил храмовника и поднял его высоко над лесом. Затем он развернул его в воздухе и направил в сторону солнца. Слепяще-яркий шар медленно опускался. Пролетев, таким образом, над несколькими деревнями и парой городов, Фиар вдруг заметил впереди цитадель ордена. Замок стремительно приблизился и неведомая сила, не особо церемонясь, с размаху швырнула парня на землю. От удара о плиты внутреннего двора храмовник проснулся…

***

Удар о землю вышиб Фиара из сна в реальность. Стараясь успокоить бешено колотящееся сердце, парень сел на кровати. Сделав глубокий вдох, храмовник задержал дыхание и постарался унять беснующуюся боль. Как ни странно это удалось практически сразу – боль стремительно истаяла, стоило Фиару лишь сосредоточиться на ней. Справившись с этим, он вновь ровно задышал и огляделся. Надо было понять, где он сейчас находится. То что это уже не главный зал было ясно с первого взгляда. Впрочем, второй взгляд все становилось понятно. Фиар почти сразу узнал необычный интерьер, ряды кроватей и низкий потолок. Парень оказался в лазарете.

Глядя на знакомые стены, молодой храмовник окунулся в воспоминания детства. Собственно говоря, в первые месяцы послушничества именно лазарет становился самым посещаемым местом кроме разве что столовой. Хотя и туда и туда послушники ходили без особого желания, а лишь когда не было другого выбора. В столовую, потому что там готовили точно такие же послушники как они сами.