Гул приборов стих, Краюшкин подбежал к креслу, протянул Говорову зеркало. Тот взглянул на себя и не сдержал восхищенного вздоха. Лицо было красным, словно после бани, но помолодело лет на пять.

- Работает? - с довольной усмешкой поинтересовался изобретатель.

- Да, - Говоров кивнул. - Эффект не будет временным?

- Почему же не будет? Будет. Только время действия данного эффекта - десять лет. Потом нужно повторить, - с торжественными нотками в голосе объявил Краюшкин. - Поздравляю, Альберт Игоревич.

- Поздравляю, депутат, - с ехидством в голосе сказал Щербина. Не похоже было, что он постарел - разве что глаза выглядели усталыми да уголки губ опустились. - А теперь давай мои деньги, я поехал.

- Тебе завтра паспорт сделают, я распорядился, - сказал Говоров.

- Может, заберу через годик, - усмехнулся донор. - Ты мне еще и пенсию обещал, и домик. Не раздумаешь - приеду. А пока бывай.

- Ладно. Деньги твои. Не бойся, отнимать не стану.

Щербина накинул рубашку, застегивать пуговицы не стал, ощерился напоследок, подхватил дипломат с деньгами и был таков.

- Я свои деньги хотел бы получить несколько позже, но сразу после того, как вы почувствуете результаты, - тон Краюшкина стал деловым. - Скажем, через неделю. Или через две. Вас устроит?

- Вполне, - кивнул Говоров.

Если выяснится, что изобретатель его обманул, всегда можно найти меры воздействия. В конце концов, Краюшкин должен понимать - если он будет вести себя недобросовестно, его просто грохнут.

Собственные мысли слегка удивили депутата - в последнее время он крайне редко обдумывал возможности разобраться «по понятиям», предпочитая действовать более или менее законными способами.

* * *

Вернувшись домой, Говоров зачем-то напился. Откупорил подаренную приятелем бутылку двадцатипятилетнего виски и выпил его едва ли не из горла. После виски хорошее настроение сменилось состоянием эйфории. Боль в помолодевшей коже притупилась, и мышцы ныли уже не так сильно.