– Колонисты. Семьи. Господи боже…

Не меньше ста сорока человек. И все эти люди двадцать лет сидят на пороховой бочке с горящим фитилем. ДВАДЦАТЬ ЛЕТ. Великий боже! Рано или поздно, кто-нибудь из них наткнется на этот чертов корабль, в котором…

ТЫСЯЧИ И ТЫСЯЧИ ЯИЦ ЖДУТ СВОЕГО ЧАСА, НАЧИНЕННЫЕ СМЕРТЬЮ, ГОТОВЫЕ ИСТОРГНУТЬ ИЗ СЕБЯ ПОЛЧИЩА ЯДОВИТО-ЖЕЛТЫХ ВОСЬМИПАЛЫХ ТВАРЕЙ. РАНО ИЛИ ПОЗДНО КТО-НИБУДЬ НАЙДЕТ ИХ. ТОГДА КОНЕЦ.

***

Прошла ровно неделя. Рипли ждала, что боль постепенно притупиться. Она даже поступила в доки, проверять исправность автопилотов. И в суете дневной работы ей удавалось отвлечься от своих страшных мыслей. Но по вечерам, когда оно оставалась одна, все начиналось сначала. Черная тревога нависала над ней густым облаком. И некуда было спрятаться от нее. Даже ночь не приносила облегчения. Потому что в темноте к ней возвращалось безумие прошлого. Кошмар пятидесятисемилетней давности.

Окурок догорал в ее пальцах. Тоненькая голубоватая струйка дыма поднималась к потолку.

«Конец. Каким он будет? Кто разбудит зло? Мужчина? Женщина? Ребенок? Какая разница. Это не будет иметь ни малейшего значения. Полторы сотни неподготовленных людей. Они даже не успеют понять, с чем им пришлось иметь дело. ЭТО убьет их раньше.

Возможно, тогда эти сукины дети поверят ей. Но будет поздно. Колонисты погибнут. Все. До единого. Видит Бог, она не желала зла. Всеми силами она пыталась помешать ему. Но, видно, чтобы убедить этих скотов, нужно жертвоприношение. Ну что ж, они получат то, чего добиваются. Она умывает руки. Великий Боже, прости меня. Ты знаешь, я не хотела этого».

ЕЕ размышления прервал деликатный стук в дверь. Рипли выбралась из кресла и нажала кнопку. Створки с шипением начали открываться, но в то же мгновение она заклинила их. За дверью ожидали Берк и молодой парень в военной форме.