«Не трепись – везде «подслушки». Через полчаса зайдите оба в мой кабинет». 2

– Так, а теперь выкладывай – что случилось? – сказал Василий Степанович, проверив, надежно ли закрыта дверь в кабинет.

Егор все еще пребывал в состоянии некоторого ошеломления. Его раскусили. И слишком быстро раскусили. Так быстро, что не хватило времени придумать, чего бы соврать поубедительнее. Можно было, конечно, попытаться состроить невинную мину и все отрицать. Но с безопасником такой номер наверняка не пройдет. Да и не умел Егор врать убедительно. Сколько раз уже пробовал… Но и рассказывать все вот так, начистоту, он вроде бы не мог. Василий Степанович был представителем властей, более того, в какой-то мере сам отвечал за то, против чего Егор и умышлял. Короче, куда ни кинь – всюду клин. Или еще как-то… Слишком хорошо знал Егор безопасника, чтобы не понимать, что теперь уже не отвертеться, не превратить все в шутку. Будет Василий его «колоть» до тех пор, пока правды не добьется. Не бериевскими, конечно, методами, по-дружески, но так упорно, что поневоле все выложишь. А-а, где наша не пропадала! Вздохнув, Егор только спросил:

– Здесь-то у тебя подслушек нет?

– Нет, успокойся, – заверил его безопасник. – Ну, в чем дело?

– В чем, в чем, – ворчливо начал Егор. – В том, что на меня «зайцы» вышли.

Охранник ощутимо напрягся.

– Та-ак, понятно. Давай, давай, рассказывай.

– Смотри, – предупредил Егор. – Только вам двоим рассказываю. Если дальше понесете, начальству доложите – от всего откажусь.

А дело было так. Позавчера, достаточно поздно вечером, Егор возвращался домой. Случилось на работе некое занудное собрание. Сначала в поддержку чего-то или кого-то, потом общие наболевшие вопросы. Короче, затянулось оно, и теперь Егор спешил домой, надеясь успеть хотя бы к концу программы новостей.