– Шифр, использованный отправителем, был сменен Адмиралтейством год назад, – ответил грам-капитан, по-прежнему на командира не глядя. – Дешифровщикам пришлось потрудиться, прежде чем они отыскали требуемый код и…

– Ясно, ясно, – отмахнулся Ксэнг. И призадумался. – Год назад… нет, все-таки ничего не ясно. В Тоуранте что, оставались ваши люди?

Рабан помолчал. Прикидывал, наверное, не раскроет ли страшную военную тайну, если ответит правду. И наконец сказал:

– По м о и м сведениям, нет. Вся наша резидентура была свернута задолго до… до наступления Тьмы… – Он пожал плечами, увенчанными золочеными эполетами. – Конечно, в спешке могли что-то упустить, перепутать списки, и какой-нибудь рядовой агент, работавший в провинции…

– Рядовой агент не станет передавать «Приказываю», – отрезал Ксэнг. – Как было передано сообщение?

– Флажковой азбукой. Отправитель использовал факелы – наверное, горящие ветки или что-то в этом роде.

– И как он выглядел? Мужчина? Женщина? Один или несколько?

– Неизвестно. Видимость на берегу практически нулевая, этот световой сигнал – и тот был распознан до конца только с четвертого раза…

Шторм-капитан шумно выпустил воздух из легких. Внештатная ситуация, Ловьяд забери ваши души. Неучтенный фактор.

…Когда во время похода твой корабль вдруг подвергается нападению каких-то тварей верхом на дельфинах и с магическими способностями в придачу – это тоже неучтенный фактор, но это нормально: есть возможность в очередной раз проверить боеготовность экипажа и доказать тварям, что связываться, с гидернийским кораблем – себе дороже.

…Если во время учебных стрельб один из зарядов, выпущенных с борта куттера, имитирующего вражеское судно, неожиданно оказывается боевым и разносит вдребезги надстройку (а заодно и в клочья пятерых офицеров) – это тоже непредвиденное событие, но и в нем, по сути, нет ничего из ряда вон: наличествует конкретный виновный, и есть, опять же, возможность на живом примере продемонстрировать экипажу, чем учения отличаются от реального боя…