— И половина моя! — продемонстрировала знание основ математики Головастик, дочь Джордана.

Девочке было шесть лет, хотя выглядела она на все десять, и у нее было столько энергии, сколько у родителей и трактора вместе взятых. Отец улыбнулся, не отрывая глаз от смотровой панели:

— У меня слишком много компаньонов.

Девочка играла со своим старшим братом и уже измотала его вконец:

— Пап, Тиму скучно. Мне тоже. Когда мы вернемся в город?

— Когда разбогатеем.

— Ты всегда так говоришь. — Она уставилась в пол. — Я хочу домой. Я хочу играть в чудовище Мейз.

К ней обратился брат:

— Можешь играть сейчас, если хочешь. А ты лезешь со своими капризами.

— Никуда я не лезу! — Она сжала кулачки. — Просто я лучше тебя, а ты завидуешь.

— А ты много воображаешь.

— Ничего я не воображаю…

Их мать на секунду оторвалась от экранов:

— Немедленно прекратите! Если я еще раз найду вас в воздухопроводе, я вас обоих отшлепаю. Нашли место для игр! Дело даже не в том, что это запрещено правилами, это просто опасно. Что случится, если кто-то из вас оступится и упадет на вертикальный вал?

— Ой, мам, перестань, не такие уж мы дураки. Все дети играют и еще никто не упал. Мы ведь осторожно. — Головастик улыбнулась. — Я лучше тебя, братик, потому что могу летать в облаках!

— Как червяк, — брат показал ей язык.

Она сделала то же самое:

— Ха-ха! Завидно!

— Послушайте, — в голосе матери звучала скорее просьба, чем раздражение, — попробуйте утихомириться хоть бы на пару минут, ладно? Мы почти у цели. Скоро вернемся в город.

Расс Джордан приподнялся, вглядываясь вперед.

К нему подошла жена.

— Что это, Расс? — Она ухватилась за его плечо, поскольку трактор дал сильный крен влево.

— Там что-то есть. Я видел. Я не знаю, что это, но оно большое. И оно наше! Твое, мое и наших детей.